Это очень важная статья
Я не могу поверить! Мои читатели просят меня написать о выборах в США. Наверное, я не простой человек. Видимо, мое мнение еще что-то значит!
Они избрали негра…
Хорошее начало? Вот ход моих рассуждений: если одного моего фрэнда интересует, что я думаю по поводу выборов в США, то найдутся тысячи… Поскольку мое мнение, видимо, является определяющим в судьбах многих стран и евр… (чуть не написал евреев :)! Естественно, евреи здесь ни при чем. Я имел в виду «народов»). В судьбах многих народов. А что в судьбах многих народов? Ах, да - мое мнение важно для многих народов. Отсюда и письма: дорогой Ткаленко, а что ты думашь по поводу Обамы.
Я встретил вчера знакомого американца Джима.
- Джим, меня мои читатели спрашивают: что ты думаешь о выборах в США. Что мне написать?
- Ай донт кер эбаут… моа… Ай донт воут (мне плевать, я не голосую…)
Джим махнул рукой. Я знал, что на самом деле он переживает и всю ночь не спал во время выборов - сидел в интернете. Он потерял большие деньги во время кризиса: его банк лопнул, а вклады были застрахованы лишь частично… Он стучал в двери своего банка, а ему не открывали. Какой-то сотрудник подошел к двери и, не открывая ее, сказал Джиму: у нас денег нет, сори…
- Подождите, я в Америке? - спросил Джим.
Он сел в машину и поехал в ВолМарт. Закупив воды и продуктов на все оставшиеся наличные он три недели безвыездно сидел дома.
- Они взяли мои деньги и отдали на Уолл стрит, - говорит Джим. - Эти 700 ммиллиардов - это же мои деньги, которые у меня пропали в банке, и еще у миллионов Американцев… Но ладно, я подумал: это всего лишь деньги. Ну поплакал немного…
У Джима хороший бизнес и нет кредитов. Он больше беспокоится о том, чтобы не заплатить лишних налогов…
- Его отец мусульманин. Его полное имя - Барак Хусейн Обама. Его все называют мировым лидером. Лидер мира! Он как черный Иисус Христос. Такое воодушевление было, когда избрали Джона Кеннеди. Я же был на Майдане в 2004 и слышал эти крики Ющенко, Ющенко! Да я сам кричал «Ющенко»! И что теперь Ющенко? Большое разочарование! Вот чем заканчивается чрезмерная эйфория…
Я вспомнил намедни гол Милевского в ворота Порту. Динамовцы вместе с Семиным так ликовали, что у меня проскочила мысль: они уже празднуют победу. Теперь настала очередь Порту. И за две минуты до финального свистка комментатор произнес сакраментальную фразу: «це жах». И заткунулся. А что он мог еще сказать? Ничто не предвещало поражения
Нет ничего глупее, чем преждевременно отпразднованная победа.
Но это может понять не каждый. Это понимается духовно. Это как Екклесиаст сказал: «Сетование лучше смеха; потому что при печали лица сердце делается лучше».
И я понял: ликование портит сердце ликующих… Ликование - это как легкий наркотик. Человек, который забил хороший гол, может потерять свое сердце…
Мало кто это понимает. Мы кричим «Ющенко» или «Обама», и где-то в глубине сознания пульсирует мысль: А что дальше. И мудрый понимает, что лучше, чем сейчас уже не будет никогда…
четвер, Листопад 6, 2008 в 19:29
Листопад 7, 2008 в 01:02
Да. Майдан закончился огромным разочарованием. Хотя нужно помнить,что люди пошли не за Ющенко,а против фальсификаций и лжи. А потом нами всеми,кто был на Майдане,умело сманипулировали и предали. Почему все самое чистое и прекрасное предают? ИИСУСА? Майдан? Потому что в нас живет грех. ? Хотя сравнивать Обаму с Христом тоже грех. Хула на Бога -Богохульство. А в общем- статья классная,хоть прямого ответа автор не дал,но мысль-”думай о горнем” появилась.
Листопад 7, 2008 в 01:04
А почему “не могу поверить”?
Листопад 7, 2008 в 07:11
Ну, блин, чуть было не расплакался от белой зависти. Почему, как ни пытаюсь, мне не удаётся так точно находить квинтэсенцию темы и так образно сформулировать её в сжатом формате. Жанна, вот он, прежний Ткаленко, вернулся таки по настоящему. А я уже хотел покинуть блог.
С благодарностью опускаю виртуальную монету в знаменитую перевёрнутую шляпу шарманщика…
Листопад 7, 2008 в 19:25
Это просто здорово, прийти с работы,зайти в инет и найти там Ткаленко. Это даже круче, чем энаменитая “5 колонка”, из-за которой держался стабильно высокий тираж ВВ
.И тут еще есть лучшие в мире стихи Вити Нечаева. От этих стихов забываешь о возрасте и о маленькой пенсии и начинаешь славить Господа за то,что сради прекрасных даров ОН сотворил такой дивний дар-поезию и подарил его бесподобному Одесситу.
Листопад 7, 2008 в 21:46
Обращение к Игорю Ткаленко :
Ты можешь голодать
И в стельку обжираться,
Неделями не спать
И вдоволь отсыпаться.
Идеей одержим,
Как босс - предприниматель.
Простит любой режим
Твой преданный читатель.
Лишь продолжай бои
Духовности и плоти.
Писания твои, -
Как чувственный наркотик.
Прекрасные мечты,
Душевные колонки.
Ведь, если смолкнешь ты,
То мы умрём от ломки
Листопад 8, 2008 в 07:39
Для Жанны :
По звонким клавишам смеясь
Моей души клавиатуры
Ты заскочила и прошлась
Своей стремительной натурой.
Был сладок грех, но тает смех
И розы вянут от мороза.
И стало нам не до утех,
И на ресницах стынут слезы.
Ты где-то здесь и разум есть
Во всем спокойно разобраться,
так перестань готовить месть
и прекрати опять смеяться.
Не грусти
Мерно тикают в спальне часы
В промежутках сердечного стука
За окном ни движенья, ни звука
Потемнели кусты от росы.
У виска, комариного писка,
Просвистела унылая трель
Так далек лучезарный апрель,
А ноябрь холодный так близко.
Лепестки отшумевшего лета
Под ногами шуршат на заре,
Мы грустим о прошедшей поре
И ругаем погоду за это.
Под тобою не скрипнет ступень,
Когда вздумаешь ты удалиться
И в осеннем дожде растворится
Твоя легкая, быстрая тень.
И не надо об этом жалеть
И унылой тоске предаваться
Надо с кем-то, порой, расставаться,
Чтобы, снова кого-то иметь.
Опрометчиво
Опрометчив пленительный вечер,
Опрометчив мой страстный поток.
И порыв твой, бегущий навстречу,
И любви нарастающий ток.
Опрометчив твой взгляд из-под длинных
И закрученных кверху ресниц…
Я в ответ улыбнулся картинно
И стремительно падаю ниц.
В синеву твоих томных, открытых
Глаз бездонных иду глубину.
И, как лайнер, торпедой подбитый,
Опрометчиво, также, тону.
И никто не подбросит мне круга
И пустынен окрестный пейзаж.
Все мои, кореша и подруги
Опрометчиво бросили пляж.
Грезы
Еще один погожий вечер
Собою дополняет ночь.
Слегка потрескивают свечи
И отойти ко сну не прочь.
А от дыханья дуновенья
Твоя расплывчатая тень,
Колышется и на мгновенье
Я просыпаюсь, сдвинув лень
Начальной дремоты, но нету
Тебя и я опять один.
И лишь глаза твои с портрета.
Как в сердце клин…
Не согласен
Сложно разобраться справедливо,
Сложно смять накатанный рефлекс.
Сложно ощутить себя счастливым,
Прочитав такой открытый текст.
Мол я есть, необязательный товарищ,
Чтож, наверно, в этом правда есть,
Но и ты ведь обязательность не даришь,
Что не очень формирует честь.
А, поэтому , уйми свои обиды,
В пустяках не следует страдать.
Можешь матюкнуться так, для виду,
Let me дальше Ванечку валять.
—————————–
I can not understood,
Why do not want to go
Made visited my home
Tomorrow or at now.
Are boiling all my blood,
As many years ago
And I don’t known it some
Extinguish out how.
Я не могу понять причин
Из-за которых ты не хочешь
Прийти ко мне, ведь я один
И днем и, вечером, и ночью.
Но кровь по прежнему кипит
Как много лет тому назад
И лишь один вопрос стоит,
Как пригасить огонь на спад.
——————————
Какие могут быть дела,
Когда два идентичных сердца,
Истосковавшись по любви
Поют высокою струной.
Ведь им вселенная мала,
А ты лишь прибавляешь перца
И сколько их ты не зови,
Они призыв не слышат твой.
Лишь только нагоняешь страх,
когда твердишь мне о делах.
————————-
Разорвались тончайшие нити,
Укатил на рысях дилижанс,
Торопя цепь последних событий,
Но я думаю есть еще шанс
За последний вагон уцепиться,
Разобравшись во всем не шутя,
Ведь должно же в итоге родиться
Наших чувств золотое дитя.
Важно нам не испытывать ярость
И поступки свои оценить,
Сделать шаг, хоть на самую малость
И немедля друг другу звонить.
Иль хотя бы отправить посланье,
Дать свободу уму и перу.
А нето, от тоски и страданья
Я, пожалуй, что скоро умру…
Жертва
Сумерки снова, расплывчаты лица,
Первые звезды на небе зажглись.
Бархатный плес у тебя на ресницах,
Черная высь.
И на душе мало светлых пробелов,
И по кусочкам любви не собрать.
Вновь за тобой я, крадучись несмело,
Гибну опять…
Наперекор здравым увещеваньям,
Гонит меня похотливая страсть,
Снова спешу я к тебе на свиданье,
Чтобы упасть.
Чтобы опять на мгновенье коснуться
И ощутить твою девичью грудь,
И в глубину синих глаз окунуться,
В них утонуть.
И изменить ничего не желаю,
Я, как ягненок покорный судьбе.
И многократно себя презираю
Мерзок себе…
—————————–
Когда упругим шагом ты
Проходишь мимо, я касаюсь
Твоей волшебной красоты
Глазами и всецело каюсь
Иисусу, Будде, Магомету,
За то, что должен всему свету:
Там не довел, здесь не доделал,
И вел всегда себя не смело,
Недогрузил, недоучился
И полномочий не добился.
Не сочинил и недопел,
Не уложился, не успел
И много разных аргументов
О всех упущенных моментах
А получилось, что в итоге
Стою один я на дороге…
———————
Эх ты, признаться я не ждал,
Что ты такой окажешься жестокой.
Наверное, несчастным я не стал,
Но каждый раз, в надежде одинокой
Я открываю почту на receive.
И глядя на пустынные ответы,
Испытываю творческий пассив
И в сердце стынет сгубленное лето.
Не то, чтоб это мне не одолеть,
Ведь в жизни писем получал не густо
И хоть давно мечтаю умереть,
Но стало больно мне и очень пусто.
И потянулись тягостные дни
Друг с другом, словно капельки похожи
Меня никак не радуют они,
Наверно, я совсем не вышел рожей.
—————————–
Ну ты и сволочь, я тебе скажу
И как только земля таких выносит.
на твою холодность, как я ни погляжу-
Вердикт сей снисхождения не просит.
Ведь это ж надо, столько дней молчать
и праздновать чванливую надменность.
Скажи, что хочешь этим показать?
Я не поверю, что причина - ленность.
Коль ты обиделась, так прямо и скажи,
Коль не согласна с чем - поведай свое право,
Но камня за подолом не держи
И поступи бесхитростно и здраво.
Неужто ты похерила сполна
И чаек крик и пенный шелест моря.
Забыла как качала нас волна
На обоюдочувственном просторе.
Запомни - холодность присуща мертвецам,
Не замораживай тропинки между нами,
Подбрось огня двум остывающим сердцам
И помоги раздуть былое пламя.
————————
Не надо утешений, ведь
Я и без них могу сломаться.
И так сочувственно смотреть,
И втихомолку улыбаться
От счастья нового, опять
Ты начинаешь бурно таять.
А я все глубже понимаю –
В тебе мне нечего терять…
———————–
Мне с полночи не спится,
На постели
Кручусь, как заведенная юла,
Все мысли о хорошем улетели,
Освободив позиции для зла.
И жжет ристалище меня
И муки ада
Терплю всю ночь до самого утра.
И свет зари, как долгожданная награда,
Как ласка полуночного костра.
Я без надежд живу и все же жду
чего-то
И не могу избавиться от грез.
Сушу постель, промокшую от пота,
То ли от светлых, безнадежных слез.
И как комочек маленького счастья
Твой взгляд
И снова броситься я рад,
Обуреваемый неодолимой страстью
И пережить по новой этот ад…
————————–
Я узнаю твои шаги
Издалека в ночи глубокой
И был бы счастлив за долги
У черта душу заложить
Чтобы себя не ощутить
Таким до боли одиноким
Мы смотримся, словно враги,
Но порознь не можем жить…
————————-
Я касаюсь Тебя осторожно
В своих мыслях и взгляд твой ловлю
И колотится сердце тревожно
От того, что Тебя я люблю.
Но не надо и прочь это слово
Я пытаюсь из мыслей изгнать,
И не хочется снова и снова
Мне ошибки свои повторять.
И страдать и бежать и терзаться
В закоулках несбыточных грез
Лучше сразу навеки расстаться,
Чтобы впредь обходиться без слез.
Начать сначала
Охватывает грусть
и гложет ностальгия
и хочется взглянуть
на прожитые дни.
Промчались, ну и пусть
Денечки золотые,
Назад их не вернуть,
Растаяли они.
Другой попытки нет,
Чтоб все начать сначала,
Хотя бы эпизод
Отдельный повернуть
И отойти на свет
От нового причала
И набирая ход
Другой наметить путь.
И ты меня не ждешь,
Как тридцать лет обратно,
И песня не звучит
И тих сердечный стук
И слова не найдешь
Любви, и многократно
Душа моя болит
В преддверии разлук.
————————–
Изыск и совершенство светлых линий,
Как всплеск мне преподнесенный судьбой,
Когда из недр памяти по ныне
Передо мной всплывает образ Твой.
Я замираю весь в оцепененьи,
Чтобы дыханием мираж не расплескать,
Пытаясь хоть на краткие мгновенья
Тебя перед собою удержать.
И донимает горькая досада
Саднит и гложет и лишает сил,
Что мое счастье находилось рядом,
А я его так глупо упустил.
Я не могу сказать Тебе иначе,
И лучше однозначно промолчу,
Конечно же, сейчас уже не плачу,
Но и смеяться тоже не хочу.
И я храню разбитые осколки
Большой любви далекие огни.
На памяти моей заветной полке,
Мне бесконечно дороги они…
Пробуждение
Упал туман, как легкий дым
На плечи, головы и руки,
На смену шорохам ночным
Приходят утренние звуки.
И словно бы из глубины
Воспоминание стучится
И медленно уходят сны
И наши заспанные лица
В упор друг другу наяву
Неинтересны откровенно
И я из памяти зову
Черты загадки сокровенной.
Так оказалась далеко
Агонии вечерней близость
И все, что было высоко
Вдруг опускается на низость.
Теряют выправку и стать
Твои опущенные плечи
И начинаем сознавать,
Что карнавал любви не вечен.
Волшебной ночи пастораль
Растворена в рассветных бликах
И поднимается печаль
До категории великой.
И мыслям некуда упасть
Я словно ратник на распутье
И пала давешняя страсть
Перед сегодняшнею сутью…
Ожидание
Жду тебя затаивши дыхание
До головокружения аж,
Тают контуры, лишь очертания
Наполняют окрестный пейзаж.
И не в силах мне сладить с волнением,
Заглушить сердца трепетный стук.
И невольно терзают сомнения
И душа беззащитна от мук.
Ну а ты не спешишь для манерности,
Продлевая томительный тест
На выносливость для моей верности,
Не менять для свидания мест.
Улыбнулась луна, как распутница
Тайным блеском волшебных очей
Неизменная вечная спутница
Моих долгих бессонных ночей…
Ты рядом
Снежинки закружились на ветру,
Как мелкий дождь на сером небосклоне.
Твои, такие нежные ладони
Я в свои руки бережно беру.
Ты рядом и я шепот твой ловлю
В коротких промежутках снегопада
И ничего другого мне не надо,
Хоть и не слышу в шепоте, “люблю.”
Губами с запорошенных ресниц
Твоих, снежинки белые снимаю
И своим сердцем явно ощущаю
Прикосновенья искрометный блиц.
И, кажется, совсем не надо слов,
Ведь ближе не бывает расстоянья,
Где наше перемешано дыханье
И я весь шар земной обнять готов.
И буре не удастся устоять.
Глаза в глаза и близко наши лица.
Разлука ни за что не состоится,
Когда в единой связке мы опять…
Листопад 8, 2008 в 07:54
Вчера утром из окошка трамвая увидел несколько велосипедистов.Прежде чем повышать до 2грн проезд ,возможно нужно сделать велосипедные дорожки.? В тролейбусах уже бригады из4-5 гренадеров штрафуют на 40 грн .Во всех видах транспорта требуются контролеы-оклад3,5 - 5тыс грн. Примета времени. Обама…Обама…
Листопад 8, 2008 в 17:33
Игорь .Это я тебя спросил про выборы в США.
По моему Обама это очень классный мужик.Чесно сказать я за него я хотел чтоб он победил.Он принесёт перемены Америке.
А по поводу Ющенка абсолютно всё понятно.Какой результат могла принести революция которая была заранее запланированая в кабинетах ГосДепа ??? Украина это часть России, а Ющенко всё время отделял Украину ит России.
Листопад 10, 2008 в 04:06
Так случилось, что в тот день я возвращался домой на такси (знаю-знаю, советские люди на такси не ездят, как впрочем и я, - это было редкое исключение). По неосторожности заговорил с таксистом про Обаму, - и уже не мог его остановить до конца поездки:
Узнал от него насколько Обама лучше Ющенко!
Узнал насколько Америка лучше Украины!
Узнал о точном состоянии украинской экономики:
НАРОД ВСЕ МЕНЬШЕ И МЕНЬШЕ ПОЛЬЗУЕТСЯ ТАКСИ!
А ведь “еще несколько лет назад не только средний класс, но даже простые рабочие” были в состоянии поддерживать своими деньгами таксистскую индустрию! О чем это говорит?!!
Я не знаю …
Боюсь, правда, что даже если бы мы сейчас выбрали какого-нибудь стройного англо-язычного афро-американца, вряд ли Украина от этого бы резко разбогатела!
Листопад 10, 2008 в 08:02
Со своей будущей женой я познакомился в конце шестидесятых. Мы встречались до свадьбы три года ; это были студенческие годы, она в институте, я - в мореходке. Жили мы в противоположных концах города. Я - на Черёмушках, а она - в Лузановке. Если, отправляясь на свидание я имел в кармане 5 советских рублей, то этого хватало на всю программу : трояк на кино и мороженное с лотка; рубль двадцать на бутылку Билэ мицнэ, которую я выпивал в ближайшем подъезде из горлышка и рубль двадцать я давал таксисту, с учётом чаевых - от Пересыпи , где мы с ней расставались до Черёмушек, после многокилометровых гуляний по живописным приморским склонам. Такси была уютная, как тогда казалось, и надёжная 21я Волга. Сейчас о такси даже не думаю.
ЛЕНКА ( очерк )
Нервный вздох облегчения прозвучал единым аккордом в пассажирском салоне ТУ-104,когда серебристый лайнер коснулся бетонной полосы и слегка подпрыгнув, покатился по дорожке, сопротивляясь встречному потоку всей мощью своих турбин. Кто-то перекрестился, а миловидная соседка по креслу стала спешно натягивать на себя кожанную куртку, слегка зацепив мое ухо отполированным кончиком наманикюренного мизинца. “ Просьба пассажирам оставаться на своих местах до полной остановки самолета и выхода экипажа”- прохрипел неразборчиво громкоговоритель. Заработала принудительная вентиляция, выдувая из каналов воздуховодов наслоившийся никотин.
Это были еще те времена, когда во время полета разрешалось курить. Легкий озноб пробежал по телу, как первая ласточка зарождающейся простуды. Сказывалось брожение по октябрьской Москве в легком болоньевом плаще под пронизывающим ветром. Неприятный инциндент, произошедший в стеклянном переходе Внуковского аэропорта и приведший в местную кутузку постепенно выветривался из памяти вместе с алкогольными парами. “Хоть бы у Ленки работал телефон “- промелькнуло в сознании. Не обремененный багажом, я стал энергично протискиваться к выходу. Одесса встретила теплой моросью. Состроив непроницаемую гримасу, с невозмутимым видом занятого человека проследовал через нахальную толпу таксистов к конечной остановке 29 маршрута в надежде на последний дилижанс. Ведь в кармане – жалкая мелочь, а путь пешком до улицы Космонавтов, при развивающемся недомогании не представлялся реальным. Два телефона на остановке оказались с оторванными трубками, в третьей телефонной будке телефона не было вовсе. С нарастающим бешенством запрыгнул в закрывающиеся двери автобуса. Ксчастью, на проезд удалось наскрести. Пустая квартира встретила застоявшимся запахом недавнего ремонта. Поспешно сбросив ботинки и не снимая плаща подскочил к телефону . Слабый звук радиоточки доигрывал последние аккорды Национального гимна. Ленкин телефон раздражал ровным постоянством безответных длинных гудков. Энергетическая поддержка Внуковского ресторана иссякла, а в самолетах на внутренних линиях кормили только, если полет длился три часа и более. Голод усилил головную боль, а пустой, если не считать пол баночки горчицы, холодильник не прибавлял оптимизма. Нашел в кухонном шкафчике тарелку с панировочной мукой, кое-как залепил из нее подобие клецек, залил водой, благо, что воду еще не успели отключить, и поставил на газ. В аптечке нашел две просроченные таблетки анальгина. От озноба трясло, как в лихорадке. Не в силах раздеться и разобрать постель, завернулся в одеяло и провалился в дрему.
Вернул к действительности непрерывный, как бы издалека, звонок входной двери. Комната плавала в разводах сизого дыма, резко ощущался запах горелого, это вода выкипела из кастрюльки и клецки превратились в уголь. Голова звенела , как наковальня и к горлу подступила противная тошнота. После бурного объяснения с соседями, которые, фактически, спасли мне жизнь и благополучие коммунального хозяйства, я захлопнул дверь перед носом соседки с верхнего этажа, невзлюбившей меня после того, как у меня появился магнитофон и битловские Сержант Пэперс и Эбби Роуд будили ее по утрам завышенными децибелами. Во рту ощущалась сухость, сильно хотелось пить, часы показывали два, а воду включали не раньше шести. Спасительная мысль пришла не сразу, я отодвинул чугунную крышку сливного бачка от унитаза и кружкой зацепил живительной влаги. Стало чуточку легче, Я открыл все форточки и балконную дверь, давая возможность пневмонии захватить мой организм целиком и полностью. Попытки отыскать градусник не увенчались успехом, я чувствовал жар во всем теле, но было , почему-то , холодно. Звук от проходящего под окнами дежурного троллейбуса вернул меня к действительности, я закрыл окна и балкон и на дрожащих ногах добрался до постели. После полубредового состояния охватившего меня, забылся под утро глубоким сном и проснулся весь мокрый от пота в серых сумерках, уже ноябрьского утра. Ощущая сильную слабость, встал под упругие струи освежающего душа, благо горячую воду, в канун ноябрьских праздников включили вовремя. Ленкин телефон монотонно отвечал длинными гудками. Я вдруг вспомнил, что иначе и не может быть, ведь ее отец работал главным технологом на заводе Продмаш, который был расположен через дорогу и телефон ему установили через заводской коммутатор, а так как на праздники завод не работал, то не работал и телефон. Ситуация становилась критической. Деньги, которые мне выделили родители, когда я покинул их в Уварово, у моей бабушки, соврав, что мне нужно срочно ехать в Одессу, легкомысленно остались в барсетке приветливой официантки ресторана во Внуково. Чтобы пожить с Ленкой несколько дней самостоятельно, я выдумал для родителей, с которыми мы гостили у бабушки историю о, якобы, забытых контрольных работах в ОВИМУ, где я учился на заочном. Итак, родители будут не раньше чем через неделю, Ленкин телефон не работал, физическое состояние организма, чтобы добраться с Черемушек в Лузановку, было сомнительным, а отправить срочную телеграмму в кредит по телефону я не догадывался. К тому же, я тогда еще не знал точного Ленкиного адреса. Ленка была не просто моей девушкой, она была мамой, которая всячески опекала меня, потакая эгоистическим ноткам моего характера.
Вынужденная отказывать себе в мелких девичьих радостях с семилетнего возраста, когда родился ее младший братец, и которого она досматривала, так как в детские учреждения его не отдавали, она, не по возрасту, приобрела опыт материнства и всю свою заботу и любовь перенесла на меня. В отличие от меня, Ленка не чуралась монотонной, нудной работы. Я с удивлением наблюдал, как она терпеливо распутывала рыболовную леску запутанную бьющейся ставридкой во времена наших совместных рыбалок, когда я готов был со злости выбросить в море снасти.
Выбирала из кулька наиболее крупные креветки для меня, когда мы смотрели на стадионе футбол, который она совсем не любила, но ходила ради моего удовольствия.
Разбирала и решала нудные задачки по черчению в моих контрольных работах.Ленка была удивительно терпелива и талантлива от природы. Ей мастерски удавалось постигать замысловатые петли и узоры в вышивке и вязании на спицах, одолеть кройку и шитье и, с первой попытки, безукоризненно по ниточке вести катер, на котором я работал матросом, ориентируясь на макушку крыши оперного театра, с тем, чтобы точно попасть в западные ворота порта. Ленка, по окончании работы в филиале академии наук Украины, что находился на спуске Ж. Лябурб, стремительно мчалась на морвокзал, чтобы принести мне на короткий заход в порт по расписанию, горячий шашлык в тарелочке из фольги, купленный по дороге . Короче это была моя Ленка, которая на крыльях бы прилетела, чтобы вытащить меня из беды. Диспетчер портофлота по телефону ответил мне, что катер Пионер, где я работал и, с которого ушел в отпуск перед началом осенней сессии в ОВИМУ, находится на ремонте, после окончания летней навигации. В зимний период, когда пассажироперевозки заканчивались мы работали в структурах : Трансфлот, Инфлот и куда пошлют. В ремонт спешить не хотелось. Я позвонил в бухгалтерию Портофлота в слабой надежде получить по депоненту сколько-нибудь денег ( такое случалось часто) и депонент всегда был приятной неожиданностью, но ответом были надоевшие, длинные и безответные гудки в трубке.
Голод все настойчивее напоминал о себе. Звонить корешам было бесполезно. Лучший дружок Женька осваивал курс молодого бойца где-то под Тирасполем, Отелло, прозванный так Вовкой Мокренко непонятно за что, отошел от нашей четверки с момента поступления в Водный институт, сам Вовка, после окончания военного училища кормил москитов в Кара-кумах, а к Игорю, после недавней пустяковой размолвки звонить первому не хотелось. Эх, Игореша, Игореша, если бы я тогда знал, что твое верное сердце через восемь лет отсчитает свой последний удар на скоростной загородной трассе под Калининградом.
Дозвониться удалось только Верке, бывшей подружке Женьки. Верка явилась в полдень, принесла пачку печенья и два яблока, которые я тут же съел , и кучу ничего не значащих новостей. Верку я не любил за то, что она в разговоре “ теряла собеседника.”
Она обозначала тему и, когда собеседник, увлеченный ее показным вниманием входил в раж дискуссии, вдруг бестолковым отвлеченным вопросом убивала всякую охоту для ее продолжения. И как только Женька мог выдерживать ее полтора года?
С облегчением выпроводив Верку, я понял, что не доживу до следующего дня, если не поеду в Лузановку и стал собираться. Но выбраться удалось лишь к вечеру так как заявилась моя тетушка, некстати, потому, что я спешил и к стати, что удалось расколоть ее на десятку рублей. Полоса невезений продолжилась, когда в районе мясокомбината в кабине водителя трамвая что-то вспыхнуло искрами и запахло горелой резиной. Кое-как дотянув до остановки Ярмарочная, водитель объявила : “ Трамвай дальше не идет, пассажиров не берет”- и , распахнув все двери и выпустив пассажиров, ушла на кольцо в обратный путь. Проклиная все трамваи города вместе взятые и сгорая от нетерпения, дальнейший путь продолжил пешком. Я шел по мягкому, после осеннего дождичка грунту и на каждом отпечатке следа, в районе каблука оставалось четкое изображение гривастого, улыбающегося льва. Лев был выдавлен на подошве моих французских туфель, которые удалось купить в колоссальной очереди московского Цума, еще по пути в Уварово. Злой как лев и слабый, как кролик, наконец, уже в сумерках, я у цели. Отворивший дверь Ленкин отец сухо ответил, что Ленки нет и не стал вдаваться в подробности. Пришлось вежливо откланяться. Представительная внешность Ленкиного отца всегда вселяла в меня робость. “ Гуляет по вечерам в мое отсутствие”- чувство ревности охватило крепко и неотступно. Я решил дождаться Ленку, чего бы мне это не стоило и устроился на дворовой скамейке напротив окон Ленкиной квартиры. Появившаяся откуда ни возьмись соседская девчушка слегка облегчила страдания вдруг заявив :” А Лена пошла в баню.” Трехэтажный сталинский дом не был подключен к городским коммуникациям, что не позволяло жителям пользоваться собственной ванной. Темнота осеннего вечера сгустилась постепенно но основательно. Я сидел на жесткой, дворовой скамейке, вдыхая запахи близкого моря и, невольно, изредка улавливал отдельные фразы веселой перепалки девушек и ребят, которые сидели на такой же скамейке неподалеку. Ленка появилась внезапно, но я узнал ее сразу при тусклом свете квартирных окон. Ее точеная фигурка приятно оживила мрачный окружающий пейзаж. Сам до сих пор удивляюсь, как ей удавалось застегнуть на талии вдвое сложенное ожерелье искусственного жемчуга. При этом, Ленка не была шкилей, но осиная талия резко контрастировала с плавными округлостями бедер и ягодиц. Я негромко ее окликнул, но она, не узнав меня в темноте прошла мимо к соседской скамейке . Ленка, какое-то время, о чем-то болтала с группой молодежи.
Я терпеливо ожидал и минуты тянулись нескончаемо долго. Наконец, попрощавшись и направившись домой, она присмотрелась к тому, кто окликнул ее вначале. В следующий миг она трепетала в моих объятиях, повторяя : “Вик, любимый, ты приехал.” И порыв этот был настолько искренен и от чистых Ленкиных волос пахло шампунью, что ревность моя развеялась, как легкий туман. Это был,наверное, самый счастливый момент моей жизни.
А через пол часа мы уже сидели рядом в дребезжащем салоне старого трамвая, направляясь ко мне на Черемушки. Ленка, прижавшись, щекотала своими мягкими губами где-то в районе уха. Возле ног, полновесным объемом покоилась сумка со всевозможной снедью, подкрепленная бутылкой крымского вина Черный доктор, которую Ленка, несомненно, стащила из отцовской коллекции. Я стал медленно проваливаться в райское блаженство, ведь рядом со мной была моя Ленка, а впереди была целая жизнь…
Листопад 10, 2008 в 11:57
Витя, как тонко ты чувствуешь малейшие оттенки!
Вообще-то в том такси я тоже больше ЦЕЛОВАЛСЯ (нет-нет, не с таксистом:) чем разговаривал …
В любом случае, твой рассказ в статье, посвященной Обаме, - ГОРАЗДО ЛУЧШЕ моего!
Листопад 10, 2008 в 19:16
Читаю Ваши статьи с великим удовольствием!!! Одно время меня мучил вопрос: почему мне вдруг стали важны и нужны Ваши размышления, хотя иногда Вы мне похожи на самовлюбленного эгоиста, иногда на мазохиста, иногда на то и другое, и еще что-то третье?… А теперь я поняла, что к вам притягивает, что в Вас прекрасно – Ваш постоянный искренний поиск Бога во всем, а в первую очередь в себе. Спасибо, что Вы этим делитесь! И отдельная ОГРОМНАЯ благодарность Нечаеву! Так все по-настоящему! Так тонко и точно! До дрожи!
Листопад 11, 2008 в 11:18
Я від вас в шоці…
Листопад 13, 2008 в 11:15
Класна замітка… Бо ми тут, в Україні, зациклилися на своїй “самобутності”, а то ж, виявляється, все йде в світі за спільними правилами і законами! Давай, Ігоре, ще порівняння нас із америкосами - дуже повчально…
Листопад 13, 2008 в 14:22
Руслане, постараюся…
Листопад 14, 2008 в 16:45
Как там у Экклессиаста : “Сетование лучше, чем смех” - вот я и сетую :
О Господи, скажи -
Какие были планы,
Когда ты мир из лжи,
Коварства и обмана
Построить захотел,
По космосу блуждая
И суток шесть потел,
Покинув стены рая.
Какую получил
Ты с этого награду.
Скажу : Шоб я так жил,
Зачем всё было надо ?
После того, как я не умер в больнице от инсульта, лечащий врач подобрал мне лекарство, которое нормализует артериальное давление - венгерский препарат нормодипин. Лекарство действительно хорошее, но не по моей пенсии, а пить его мне надо до конца жизни, без перерыва как сказал доктор. Но есть постановление парламента, что я имею право на 50типроцентную скидку. Но получить льготный рецепт непросто ; но тут я прилагаю все свои способности и обаяние, и пишу благодарственные стихи и благодарности в Горздравотдел и районные врачи, скрепя сердце идут навстречу и, наконец , я получаю вожделенные бумажки. Но отоварить их я могу только в специальной социальной аптеке, где нормодипина нет (во всех других аптеках за полную стоимость он есть), а тут мне обещают со дня на день, но время проходит и срок годности рецептов истекает. Так было при Клинтоне, при Буше ; так продолжается и при Обаме. Так, какая мне разница - кто у них президент. Вся надежда на водку, но водка тоже, говорят подорожает скоро. Так лучше бы я умер в реанимации…
Спасибо доктор
Лекарство мне за пол цены
Определило государство.
Но брови в кучу сведены
У доктора…как будто царство
Я нагло клянчу у него,
Или среди зимы малину.
А мне – то надо лишь всего
Пакет, другой нормодипина.
Как-будто я прошу гашиш,
Морфин совместно с трамадолом.
Мне доктор отвечает : “Шиш,
Пусть вас обслужит кардиолог.”
Мол кардиолог выдаёт
За подписью, печатью личной,
И я стою разинув рот,
Ведь кардиолог на больничном.
Возьмите, выпейте фезам –
Невропатолог мне толмачит,
Но я – то вижу по глазам –
Моя растерянность не значит
Ей ровным счётом ни шиша,
Хоть разорви на части глотку,
Ведь жизнь не стоит и гроша
И я беру без скидки водку.
Но водка тоже, говорят
Для кошелька недостижима,
Для моего и с декабря
Меняю прежние режимы.
С небес взирают Гиппократ
И преподобный Авиценна,
Как медицинский бюрократ
До неба взвинчивает цены…
Листопад 14, 2008 в 20:06
Каждый народ достоин своего правителя!
Листопад 21, 2008 в 15:11
Не очень понятно о чем идет речь, хотелось бы более обширнее получить информацию о данной теме.
Листопад 25, 2008 в 22:43
Да, столько кофе пить нельзя. Выпил чашечку какого-то бразильского собственной заварки уже три страницы блогов из Яндекс блоги пролистал. Конечно, ведут их школьники частень, ну по крайней мере так кажется на первый взгляд, но спорить стем, что грамотные мысли тоже бывают там не буду. У Вас тоже ничего, со вкусом. Но от дизайна как раз не все зависит, хотя в приятных тонах которые не режут глаз все же приятнее читать и листать. Еще загляну на днях. пока всем